Заметки отчаявшегося программиста

2013-10-07

Свою первую работу я бросил в 21 год. 

Для меня она началась как отличная возможность для студента последнего курса отточить свои навыки программирования, а закончилась как ежедневная пытка менеджментом, стрессом и отвратительными условиями труда.

Это было небольшое рекламное агентство, мечта креативщика. Кабинеты, залитые естественным светом. Огромные окна с видом на холёный зелёный сад. Изысканный декор, ретро-проекты на стенах, диванчики, лаунж-зона, солидная библиотека книг по дизайну и рекламе. Ну просто убиться.

Это было прекрасно и ужасно одновременно.

Никто там не знал, с какой стороны подойти к программисту. Как он функционирует, как думает, что ему нужно для работы. Очень долгое время я был единственным программистом в команде.

В первый же день мне выдали старенький ноутбук, уютное кресло и уголок за гигантским столом, занимающим почти весь офис. Напротив сидела болтливая девушка-копирайтер. Справа – главный дизайнер, слева – другой дизайнер.

Шеф, бесконечно говорящий по телефону, скрывался за огромным книжным стеллажом. Если кому-то нужно было задать ему вопрос, этот вопрос слышал весь офис. Потом к нам присоединился проект-менеджер. Точнее, присоединилась. По части болтливости нашего шефа она уделывала на два счёта. Я до сих помню, как она кричала на сломавшийся принтер.

Поначалу я был счастлив. Работа интересная и новая, дело любимое, и за всё это ещё и платят. Класс!

Шли месяцы, и отношение менялось. Проекты были рутинными и однообразными. Волны проектов для клиентов не давали работать над внутренними, по-настоящему драйвовыми проектами. Не успевал я заканчивать код для одного проекта, меня ждало техническое задание для следующего…

Я никогда не высказывался по вопросам дизайна. Они думали, мне всё равно, а у меня просто не было времени посещать собрания.

На мне висело столько задач одновременно, что сложно было найти хотя бы полчаса для сосредоточенной работы. По крайней мере до тех пор, пока все не расходились по домам.

Тогда же я услышал о том, как здорово работать в Google, компании, созданной инженерами для инженеров. Место, в котором действительно работают.

Я стал мечтать о создании собственной идеальной компании. У меня не было ни малейшего представления о том, какой именно она должна быть, но я знал, что она будет крутой и я её буду любить.

Прошло несколько месяцев, в течение которых я работал ночами над сторонним проектом для себя. И вот я наконец уволился и начал работать из дома. Наконец я мог работать над тем, чем действительно хочу заниматься, и никто не будет меня тревожить!

А вот и нет.

Моя мать не понимала даже суть понятия «работать из дома».

- Ты целый день сидишь дома. Почему ты до сих пор не помыл посуду, не пропылесосил комнату и не прибрался в ней?

- Мам, я работаю. Нет, у меня нет времени на сериал. Я занят.  

- Ты деньги хотя бы зарабатываешь? А экзамены сдал?

- Мам, ну не только в деньгах дело…

- Значит, ты не работаешь!

В конце концов проект стал набирать обороты. Два человека согласились работать со мной на добровольной основе. Мне всё равно нечем было бы им платить. Мы уговорили местную коворкинг-зону предоставить нам бесплатное место для обсуждений. Мы собирались завоевать этот мир.

Ну, у нас не очень получилось.

Идея для стартапа не выходила у меня из головы. Каждую минуту каждого дня я либо разрабатывал архитектуру технической модели, либо писал код для приложения, либо создавал бизнес-стратегию, либо учился основам предпринимательства.

Болезнь стартапера настолько поглотила меня, что в любые свободные десять минут я слушал бизнес-подкасты, чтобы день прошёл ещё более продуктивно.

Как минимум 11 часов в день мы проводили в коворкинге. У нас был диван, два стола и три вайтборда.

У нас не было времени для размышлений. Мы хотели работать-работать-работать. Один за другим мы выгорали.

Первым ушёл программист. Точнее, он просто однажды не пришёл. Потом не отвечал на звонки и на письма. Несколько недель даже его друзья спрашивали меня, не видел ли я его.

До сих пор не знаю точно, что произошло тогда. Когда я видел его в последний раз, он работал в уже достаточно крепком стартапе и заканчивал учёбу.

Он был первым, кто сдался, а я был первым, кто начал выгорать. Я садился в машину и ехал в никуда. Просто садился за руль и бесцельно ездил по городу, слушая отвратительную музыку по радио и рассматривая звёздное небо.

Мне нужно было побыть одному. Ребята чего-то от меня ждали: чтобы я был крутым, много работал, привлекал инвесторов, поддерживал дух, был идеален.

Конечно, они так не думали. Это я себя так ощущал.

А машина меня не осуждала.

Потом я стал призраком. Дни напролёт я блуждал по Интернету. Вся работа свелась к рассматриванию картинок с котиками и написанию от силы пары строк кода.

В марте 2011 г. наши инвесторы и другой соучредитель попросили меня уйти из компании. Из компании, которой я посвятил полтора года. Я был в отчаянии, но я заслужил это. Я был ужасным руководителем, обращался с ребятами как с рабами и никого не слушал.

Когда я уходил, один из инвесторов сказал мне: «Слушай, я знаю, как тебе обидно. Но постарайся извлечь из этого урок». 

И он был прав. Я вёл себя неразумно, нерационально, истерично. Так нельзя обращаться с программистами. Условия на работе, с которой я уволился в юности, были гораздо лучше, чем те, что я создавал для своих ребят.

Пора искать новый путь, новое окружение для программистов. Такое окружение, которое сохранит их разум, продуктивность и удовольствие от жизни. 

Перевод: Люся Ширшова. Подготовлено по материалам Medium


Читайте также: 

В чём секрет Интернета: от создателя Twitter

Закончится ли «золотая эра программистов»?

Работа в лучших компаниях мира. Electronic Arts